Лого Парижская Культура 22 июля 2017
ТЕМЫ
Благодарность
Władimir Maksimow

Владимир Максимов
Журналу «КУЛЬТУРА» — 40 лет

Поздравляя «Культуру» с тридцатилетием редакция «Континента» писала:
«С первого дня своего существования этот журнал всеми способами развивал и поддерживал прекрасную традицию духовой связи и политической солидарности с лучшими представителями русской литературы и общественной мысли как в самой России, так и за ее границами. Мы уверяем вас, что ценим это и сделаем все, что в наших силах, чтобы ответить Вам так же искренне и последовательно.
Мы надеемся, что общность целей и идеалов гарантирует наше нерушимое и полное единство.
Существование журнала «Культура» — самое яркое свидетельство, что в современном мире Польша и польская культура «не згинели» и никогда не исчезнут. ”
С того времени прошло десять лет. Десять лет дружбы и сотрудничества. Естественно, дружба и сотрудничество не всегда были безоблачной идиллией. Шли острые споры и принципиальные дискуссии, которые по обоюдному соглашению мы не демонстрировали публично в убеждении, что добрая воля и двусторонняя толерантность в конце концов победят и приведут нас к взаимопониманию. Так обычно и было.
Журнал «Культура» был основан сразу же после окончания Второй мировой войны. Сделала это группа польских интеллектуалов, по разным причинам оказавшихся в это время в политической эмиграции. Их имена сегодня известны в Польше каждому школьнику. Прежде всего это Ежи Гедройц, потом — выдающийся польский художник и писатель Юзеф Чапский, наконец, прекрасный прозаик и эссеист Густав Херлинг-Грудзинский.
Создатели журнала с самого начала его существования противостояли традиционной польской мысли, следуя в своей редакционной политике принципам, которые звучали тогда, как настоящая ересь:
1. Отказ от какой-либо надежды на помощь Запада, расчет исключительно на внутренний потенциал Польши.
2. Преодоление накопленных веками патриотический «аксиом»; безоговорочное признание права на независимость Литвы и Украины.
3. Регуляция отношений с Германией без исторических контекстов.
4. Поиск дорог, ведущих к объединению всех сил освободительного сопротивления в Восточной Европе и прежде всего с исповедующими похожие идеи русскими.
Сегодня все это кажется очевидным, но чтобы прийти к такому состоянию вещей надо было десятки лет поистине каторжного и чаще всего неблагодарного труда, борьбы с политическим оцепенением, националистическими предубеждениями и интеллектуальными комплексами – как в эмиграционных кругах, так и на родине.
Целыми годами «Культура» шаг за шагом расширяла сферу своего духовного влияния на земляков, пока наконец не получила у них общенациональное признание и авторитет.
Провозглашенные «Культурой» идеи нашли сильный отзвук прежде всего среди послевоенного поколения польской интеллигенции, на собственном горьком опыте наученной, что за настоящую свободу можно бороться лишь совместными усилиями порабощённых народов и в союзе с лучшей частью думающей России. Именно «Культура» познакомила Запад с авторами, которые сегодня известны всему миру: Чеславом Милошем, Ежи Анджеевским, Мареком Хласко, Лешеком Колаковским, Витольдом Гомбровичем и многими другими. Именно она открыла польскому (и не только польскому!) читателю Александра Солженицина, Юлия Данелия, Андрея Синявского, Иосифа Бродского, Томаса Венцлову и по-прежнему представляет нам все новые имена. Если проследить развитие оппозиционного движения в Польше, то можно убедиться, что влияние «Культуры» было заметно в нем с самого начала, после чего неустанно усиливались, начав от требований польской интеллигенции после 1956 г. до основания и расцвета «Солидарности». Многолетний труд основателей этого прекрасного журнала не напрасен, посаженное сорок лет назад зерно дало плоды и – я в этом уверен! – будет приносить их по-прежнему.
«Культура» оказала значительное влияние на воистину переломное движение «Солидарности» и уже хотя бы только этим обеспечила себе место не только в истории Польши, но и в истории борьбы с тоталитаризмом в целом. Не случайно многие из нас – беженцы из России и Восточной Европы – считает этот журнал не только польским, но и своим собственным.
Кредо «Культуры» полнее всего выразил Юзеф Чапский в своей статье в двенадцатом номере «Континента».
«Так же как постоянно изменяющаяся международная ситуация, так и наступающие в Польше перемены требуют все нового и нового анализа. «Культура» включилась и по-прежнему включается во все, что может пробудить чувство ответственности, что может активизировать общество. Большой кризис тоталитарного строя может быть попыткой кристаллизации стабильной оппозиции. «Культура» хочет быть одним из сборных пунктов этой оппозиции. «Культура» хочет быть одним из сборных пунктов этой оппозиции, по мере возможности – не единственным. «Культура» инстинктивно противостоит всяким априорным суждениям и мнениям, оставляя возможность высказаться и участвовать в общей борьбе даже своим противникам …
С первого дня существования журнала мы противодействовали всяческим проявлением национализма в Польше, в том числе и антисемитизму, к которому вновь апеллировал правящий режим в 1968 году, позоря имя Польши. Мы боремся за Речь Посполитую свободную от национального фанатизма, стараясь развивать чувство, что не только Польша, но вся центральная и восточная Европа – это наша общая Родина».
Более двенадцати лет назад, следуя совету Александра Солженицына, я пришел в редакцию «Культуры», чтобы наконец начать серьезный диалог между нашими народами. Двенадцать лет — это немного как на проект, призванный изменить наши судьбы, но что-то было начато, диалог идет и раньше или позже – я убежден в этом – он приведет нас к полному взаимопониманию. Гарантией моего убеждения является добрая воля обеих сторон, что важнее всего в любой дискуссии.
Думая о наших друзьях с «Культуры» в преддверии сорокалетия их журнала, я назвал бы чувство, которое к ним питаю одним словом: благодарность.
Владимир Максимов
Ноябрь, 1986
 

 

 

К НАЧАЛУ »